Север и рынок. 2026, № 3.

механизм позволяет фонду расти даже в периоды неблагоприятных цен на нефть и газ, сглаживая влияние волатильности мировых цен на углеводороды на национальную экономику. Непосредственное управление фондом осуществляет одно из подразделений норвежского Центрального банка — Norges Bank Investment Management. При этом основная политика данного подразделения в отношении работы Государственного пенсионного фонда также согласовывается с Министерством финансов Норвегии. В настоящее время основные средства фонда размещены в облигациях и акциях тысяч компаний по всему миру, часть средств используется для покупки недвижимости. Выбранный подход позволяет не только минимизировать риски, но и, по сути, превращает нефтегазовое богатство страны в глобальный финансовый актив. Значительная часть налоговых отчислений от деятельности компаний нефтегазового сектора используется правительством страны для финансирования социальной политики, а также направляется на развитие арктических и приарктических территорий, где непосредственно и осуществляется добыча природного газа и нефти. За счет этих средств осуществляется строительство социально значимых объектов инфраструктуры, таких как школы, больницы, университеты. Дополнительное финансирование в виде межбюджетных трансфертов на развитие получают муниципалитеты и губернии, где располагается нефтегазовая инфраструктура, это позволяет создавать условия, благоприятные для жизни населения и осуществления экономической деятельности. Выбранный подход позволяет местным органам власти не только развивать собственную коммунальную и социальную инфраструктуру, но и смягчать воздействие неблагоприятных факторов, которое может проявляться в дополнительной нагрузке на жилищно-коммунальное хозяйство, повышении экологических рисков, тем самым создавая условия для того, чтобы положительный эффект от реализуемых арктических проектов проявлялся на «местах». Также стоит отметить, что норвежская модель перераспределения финансовых средств не ограничивается только потреблением и накоплением, а активно используется и как важный инструмент для структурной трансформации экономики. Так, значительные средства, полученные в рамках реализации нефтегазовых проектов, инвестируются в научные исследования и разработки. В качестве примеров можно привести финансирование работы норвежских институтов Norwegian Institute for Air Research и Norwegian Polar Institute, которые занимаются вопросами изучения биоразнообразия, окружающей среды и климата в Арктике и Антарктике, нефтегазового инжиниринга и возобновляемой энергетики. Такой подход позволил, с одной стороны, диверсифицировать экономику северных муниципалитетов и регионов, а с другой — способствовал тому, что местные компании не просто заняли достойное место на рынке, а стали общепризнанными мировыми лидерами в области судостроения, морских технологий, аквакультуры и «зеленой» энергетики. Также государство поддерживает проекты, которые связаны с водородной энергетикой, улавливанием углеводородов, ветроэнергетикой. Это свидетельствует о том, что доходы, полученные от нефтегазовой деятельности с помощью прямых инвестиций и работы различных финансовых институтов, правительством целенаправленно используются для перехода к новой арктической экономике, которая основана на низкоуглеродных технологиях и знаниях. Важная роль в перераспределении доходов, полученных от нефтегазовой деятельности, в норвежской модели отведена экологическим и этическим аспектам. Внутренние правила работы фонда категорически исключают возможность осуществления инвестиций в деятельность компаний, работа которых связана с нанесением ущерба окружающей среде и производством оружия. При этом часть средств, полученных от добычи и реализации углеводородных ресурсов, идет на финансирование экологических мероприятий как в самой Норвегии, так и в рамках международного сотрудничества в Арктике. В частности, финансируется крупная программа мониторинга окружающей среды и ликвидации накопленного ущерба. Таким образом, можно сделать вывод о том, что эффективное управление денежными средствами, полученными в результате осуществления нефтегазодобычи в Арктике, требует комплексного, многоканального подхода. Норвежская модель основана на трех ключевых элементах: долгосрочное сбережение, текущее перераспределение и стратегическое инвестирование. При этом модель не статична, она постоянно адаптируется к новым вызовам, таким как необходимость энергетического перехода и изменение климата. Успешный опыт Норвегии показывает, что рациональное освоение Арктики — не просто вопрос извлечения максимальной прибыли здесь и сейчас, это грамотное управление рентным доходом, что позволяет превращать ресурсные богатства в долгосрочный капитал. Опыт Канады Около 40 % современной Канады — это арктические территории. Непосредственно к арктическим регионам относятся Северо-Западные территории, Нунавут и Юкон. По данным на начало 2024 г., здесь проживало всего около 130 тысяч человек, что