Север и рынок. 2026, № 3.

Индустриально-ресурсная модель [21, с. 41-49] во многом взята Министерством экономического развития России как базовая стратегия пространственного освоения АЗРФ4. Ее методологическая основа — концепция ресурсно-индустриальных районов советской школы, адаптированная к современным реалиям. Центральное место занимают углеводородный комплекс и минерально-сырьевые отрасли, вокруг которых выстраиваются транспортно-энергетические и логистические системы. Освоение минерально­ сырьевой базы АЗРФ занимает особое положение в государственных документах5. С точки зрения пространственной организации индустриально-ресурсная модель предполагает кластеризацию по отраслевому принципу: формирование крупных центров добычи и переработки полезных ископаемых, соединенных транспортными магистралями. В результате выделяются устойчивые промышленные ареалы: Ямальский, Норильский, Печорский (Республика Коми и Ненецкий автономный округ) и Кольско- Мурманский. Модель обеспечивает макроэкономический эффект, но в долгосрочной перспективе усиливает структурную монозависимость и неравномерность развития, что делает ее во многом ограниченной с точки зрения устойчивости. Сетевая (кластерная) модель [22, с. 4-18] развивается как ответ на постиндустриальные вызовы. Сетевая парадигма предполагает формирование «полюсов роста» — территорий опережающего социально-экономического развития (ТОСЭР), инновационных кластеров и логистических узлов, связанных между собой горизонтальными экономическими и информационными связями (коммуникациями). В рамках этой модели пространство рассматривается не как непрерывная территория, а как сеть взаимодействующих точек концентрации экономической активности. Примерами служат: новый порт Сабетта, индустриальный комплекс Норильска, научно-технические кластеры Кольского полуострова и Архангельской агломерации. Такой подход во многом базируется на постулатах новой экономической географии Пола Кругмана, где именно агломерационные и сетевые эффекты могут определять устойчивость роста в условиях ограниченной плотности населения. Главное преимущество сетевой модели — возможность снижения транспортных издержек и усиление межрегиональной кооперации без 4 См. Основы государственной политики Российской Федерации в Арктике на период до 2035 года (утв. Указом Президента РФ от 05.03.2020 № 164); Стратегию развития Арктической зоны Российской Федерации и обеспечения национальной необходимости равномерного освоения всей территории. Однако реализация этого подхода требует высокой координации инфраструктурной политики и цифровизации транспортно­ логистических потоков. С учетом очевидных плюсов и выявленных недостатков изложенных подходов в настоящее время развивается и интеграционный подход, в основе которого находится взаимосвязь региональных подсистем через Северный морской путь как стержневую коммуникационную ось. Пространственная структура трактуется как единый макрорегиональный каркас, объединяющий прибрежные и внутренние зоны Арктики. С середины 2010-х гг., в особенности после подписания 12 декабря 2015 г. на 21-й сессии Конференции сторон Рамочной конвенции ООН об изменении климата Парижского соглашения по климату, формируется модель «бережного освоения Арктики», центральным элементом которой является экосистемный подход. Суть ее заключается в том, что любые пространственные решения должны согласовываться со стратегической целью удержания прироста глобальной средней температуры ниже 2 градусов Цельсия, с экологической емкостью территории, климатическими рисками и сохранением биоразнообразия. Теоретически эта модель опирается на принципы экологической экономики и устойчивого развития, где доминирующим критерием становится не максимизация добычи, а долгосрочная способность экосистем к самовоспроизводству. В практическом смысле она предполагает ограничение промышленного давления на особо чувствительные экозоны, переход на зеленые технологии, развитие биоресурсных кластеров и научного мониторинга антропогенных нагрузок. Преимущество этой концепции — ориентация на снятие социальных и экологических противоречий индустриального освоения Арктики. Однако ее внедрение требует совершенствования нормативно­ правовой базы, трансформации системы природопользования и межведомственной координации. Обсуждения и выводы Как было показано выше, российская научная традиция демонстрирует многообразие концепций пространственного развития АЗРФ — от индустриально- безопасности на период до 2035 года (утв. указом Президента Российской Федерации от 26.10.2020 № 645). 5См., например, Указ Президента РФ от 5 марта 2020 года № 164 «О б Основах государственной политики Российской Федерации в Арктике на период до 2035 года».