Север и рынок. 2026, № 3.

энергии, полуфабрикатов, транспорта и трудовых ресурсов [1; 3]. Во-вторых, на территориальную близость, позволяющую снижать издержки за счет общей инфраструктуры [1]. В-третьих, на наличие комплексного народнохозяйственного эффекта, который не сводится к прибыли отдельной компании [1; 3]. В-четвертых, на плановую координацию, позволяющую превратить территорию в связанный производственный узел [3]. Исходя из этого, категория ТПК особенно хорошо работала для пионерных зон крупного ресурсного освоения, где нужно было проектировать добычу, энергетику, переработку, транспорт и поселения как единую систему [11]. Западная экономическая наука пришла к близким по форме, но иным по логике понятиям через категорию «индустриального комплекса» [12]. В версии W. Isard и T. Vietorisz такой комплекс также связан с анализом межотраслевых связей и регионального развития, однако он появляется, прежде всего, из модели «затраты-выпуск» и из проблемы оптимального размещения отраслей [12], при этом западные исследователи не ставили индустриальному комплексу задачу территориального конструирования единого хозяйственного пространства [1]. Данное различие является существенным, так как ТПК был тесно привязан к планово-проектной роли государства и ресурсно-инфраструктурным циклам [1], тогда как западный индустриальный комплекс оставался, прежде всего, экономически эффективной моделью межотраслевых связей [12]. Современная кластерная теория меняет сам фокус анализа. В наиболее влиятельной трактовке М. Портера, кластер — это географическая концентрация взаимосвязанных компаний и институтов в определенной сфере; в нее входят поставщики специализированных ресурсов и услуг, потребители, производители комплементарной продукции, а также университеты, стандартизирующие и обучающие организации [4]. При анализе кластера акцент делается на сочетании конкуренции и кооперации, обмена знаниями, специализации и общей локальной среды, повышающей производительность и инновационность компаний [4]. По этой причине кластер отличается от ТПК, основанного на едином плане и более жесткой производственно-инфраструктурной связности [1; 3]. Однако уже в дальнейших научных публикациях, посвященных кластерам, было показано, что единая кластерная формула слишком расплывчата [10]. I. R. Gordon и P. McCann различают как минимум три идеальных типа: промышленный комплекс, основанный 10Российская Федерация. О промышленной политике в Российской Федерации: Федеральный закон от 31.12.2014 № 488-ФЗ // Официальный интернет-портал правовой информации. URL: https://publication.pravo.gov.ru/document/0001201412310017 (дата обращения: 15.04.2026). на устойчивых межфирменных трансакциях; чистую агломерацию, где преобладают внешние эффекты плотности и размера; и социально-сетевую форму, опирающуюся на доверие и плотные неформальные связи [5]. P. McCann и T. Arita в своих исследованиях показывают, что многие «новые индустриальные кластеры» в действительности описываются набором сильных допущений о локальных связях и инновациях, которые не всегда подтверждаются эмпирически [6]. Для настоящего исследования данный факт является принципиально важным, так как далеко не всякая концентрация предприятий нефтегазовой промышленности и сопутствующих отраслей в Арктике может автоматически считаться кластером в портеровском или сетевом смысле [4-6; 10]. Эмпирический аргумент в пользу кластерной модели дают M. Delgado, M. Porter и S. Stern: их работа показывает, что отрасли, расположенные в сильной кластерной среде, демонстрируют более высокие темпы роста занятости и патентования, а новые отрасли в регионе чаще возникают там, где уже присутствует связанный кластерный контур [7]. Данный вывод не отменяет различия между кластерами и ТПК, но при этом показывает, что современная экономика действительно извлекает выгоду из пространственно связанных групп близких видов деятельности, особенно при высокой концентрации уровня знаний и навыков, а также развитой цепочки поставок [7]. Если перейти от общей теории к типам кластеров, то промышленный кластер лучше всего описывать как пространственно-сконцентрированную производственно­ сбытовую систему, где основной эффект создают специализация, кооперация поставщиков, эффекты масштаба и трансакционная близость [4; 5]. В российской правовой практике этот тип кластера дополнительно формализован. Закон о промышленной политике закрепляет промышленный кластер как объект государственной поддержки10, а отраслевые методические рекомендации отмечают, что, например, нефтегазохимический кластер представляется как группа промышленных парков, организаций и предприятий, связанных материальными и организационными потоками и интегрированных в общую цепочку создания стоимости продукции11. Таким образом, российская нормативная версия промышленного кластера является существенно более унифицированной и ориентированной на производство, чем многие западные трактовки кластеров [5; 10]. 11 Минэнерго России. Об утверждении методических рекомендаций по структуре и механизмам функционирования нефтегазохимических кластеров: Приказ от 09.12.2015 № 939. URL: https://sudact.ru/law/ prikaz-minenergo-rossii-ot-09122015-n-939/ (дата обращения: 15.04.2026).