Кандалакшский коммунист. 1959, октябрь.

ЛЮБОВЬ И ДОЛГ А. КОРУНДОВ Сентябрьский вечер опускался над заливом, погружая во тьму многочисленные острова. Они по­ степенно сливались с темной хо­ лодной водой и как бы медленп надвигались на пас. Невдалеке от берега мы стави­ ли сети. Я сидел на веслах н по команде Вадима Петровича, ин- женера-сгроителя, загребал то вправо, то влево, то вперед, то назад. Первую сеть поставили удачно, а со 'второй замешкались, запутали ее и уже около часа возились. За этим занятием нас и накрыла темнота. — Рыбачки, черт бы вас по­ брал!.. — доносился из темноты густой стариковский бас. — Так вас и будет ж дать селедка. Мы лихорадочно работали п четыре руки. — С колец, старайтесь с ко­ леи перебирать сеть. Д а ячейки не рвите! — давал нам бас сове­ ты с берега. Сеть мы все же распутали, и довольным голосом Вадим Пе­ трович прокричал в темнотѵ: — Готово, Карпыч! — Ну, ставь, коли так. Д а не мешкайте и не юлите лодкой! ^— слышался теперь уж е миролюби­ вый голос. — Отлегло, видать, у старика, -—сказал Вадим-. — Сеть-то боль­ но хорошая. Изрядно продрогшие и мокрые т брызг, мы заторопились к бе- j -регу. Вдали уютно поблескивали огоньки городских ■ строений, справа равнодушно и холодно мигал маяк. С неба сыпал мелкий дождик. - Костер, разложенный у боль­ шой гранитной глыбы, ярко пы­ лал, раздвигая темноту. Прокоп­ тевший чайник над огнем пускал тугие струйки пара. Старый ры­ бак с крупными, потемневшими от ветров и времени чертами ли­ ца, блеснув из-под густых бровеіі глазами, раскрыл в улыбке рот: —- Ну, как? --- Хорошо поставили, Карпыч. Рыба будет. — Должна быть. Чайки нынче много на лѵды слетелось — в ер ­ ная примета. Как же вас угораз­ дило запутаться? — Понимаешь, Карпыч, — оп­ равдывался -Вадим Петрович, — волна большая. А тут еще ветер лодку крутить стал. Немного не рассчитали... Намерзлись мы крепко... — Знамое дело. А виноваты сами. Зачем напросились сетки ставить? Ну, давайте будем со­ греваться. И в его больших руках появи­ лась бутылка. — Рыбаку это первейшее ле­ карство, от ревматизма ли или от воспалений разных—все одно, — добавил он. ...После плотного ужина и крепкого чая спать не хотелось. И хотя сверху беспрерывно падал мелкий дождь, ветер обдавал холодным сырым дыханием, нам было неплохо у жаркого костра: мы не жаловались на непогоду. —В Москве, — неожиданно на­ чал Вадим, — 'B такую погоду был бы я в театре, слушал бы оперу или смотрел драму, сидя в мягком кресле среди разодетой публики. А скорей всего, приняв теплую ванну, леж ал бы с книж­ кой на мягкой тахте... В это время дождик закапал активнее, и мы, тесно прижав­ шись, прикрыли головы куском старого брезента. Никак до конца не усвою, как ты, Петрович, променял эта­ кую благодать на наши края, — сказал Карпыч, сдувая с обвис­ ших ѵсов дождевые капли. —А я никак не могу простить себе, Карпыч, что до тридцати лет сидел в душном гнезде, со­ знательно лишая себя живой, интересной жизни, — ответил ему Вадим. — Это в наших-то краях жи­ вая, интересная жизнь? -— хитро спросил Карпыч. — Д а, в наших, Карпыч, — подчеркнул Вадим. — Похвально, Петрович, — отозвался старик. — Наши края хороши. А все же расскажи, по­ жалуйста, свою историю. —- Она обыкновенная, Карпыч, и в пей пет ничего особенного. ;— Нет. есть! Я потомственный помор. В этих краях родился и состарился. Они мне любы и д о­ роги. Это понятно. Но как же ты, москвич, будучи молодым человеком, сумел оторвать себя от столичной жизни и посе­ литься у нас? В этом должна быть причина, а то как же! — и Карпыч развел руками. -■■ Да, причина есть, Карпыч,— подтвердил Вадим. — Вот-вот! Я и говорю. Инте­ ресно послушать. Я, старый, ино­ гда не понимаю вас, молодежь. Вот послушаем историю твою и время скрасим. — Эта история начало свое бе­ рет в Москве. Высшего накала она достигла в Крыму и благо­ получно продолжается здесь. Вадим Петрович достал папи­ росу и закурил. Д ож ди к бараб а­ нил по брезенту, защищавшему наши головы or струй воды, ко­ торые стекали с него. Только из­ редка шальной ветер забрасывал их к нам под брезент. Из снимков, присланных на конкурс ....................... _ J S f c . Ж Ш Ш Щ " ■ - А — . ж (Продолжение следует). в и ш и пи ж Прекрасен наш суровый край С его зелеными лесами, С громадой диких скал седых, Покрытых вечными снегами, С озерами лазурных вод, 9Ш т fe-S,.' К . Ш ;fi : С цепочкой рек бурливых, С прохладой горных ручейков, Кипучих, говорливых. Ю. КАРТАШЕВ (алюминиевый з а в о д ) . Последний глухарь с Вампо - Согра ЛЕСОРУБЫ С утра гляжу— не снится ли Твоя косынка синяя? Над хвойными ресницами Ты носишь хлопья инея, А за тобой по просеке Ложатся к колее Go звоном— коли сосенки, Со станом— ноли ель. Работа здесь тяжелая, В сугробах тонут валенки. Вали да раскряжевывай Пиловочник на шпальники, На пни, на сухобочины. На холод не пеняй... И, вечно озабоченной, Тебе не до меня. Осыпаны порошею Твои льняные волосы, А ты иди, хорошая, За этим санным полозом. Забст твоих не ведая, Здесь курят мастера. Садись да побеседуем У нашего костра. Мы твой топорик кованый Отточим, как положено. Шумят многовековые, Столпились краснокожие, Зелеными папахами Трясут они со сна... И падает, И ахает Еще одна сосна. Стояла над трясиною, Пленилась ветру шалому, А будет жить тесиною, Рудстойкою и шпалою. И ей в труде прославиться, Как людям, довелось, Чтоб нам с тобой, красавица, Любилось и жилось. Арк. СУХАРЕВ. Вампо-Согра — огромное мо­ ховое болото у Ковдозера. Когда- то кругом него толпилась глухая тайга. Тихо было зимой на таеж­ ном болоте, только ледяной ветер уныло завывал в ветвях редких корявых сосен. Но весной, лишь робко забор­ мочет под талым снегом первый ручей, оживало таежное болото. ГІо вечерам слетались на пего глухари. Много их собиралось на Вампо-Согра. Они шумно расса­ живались по деревьям и ждали утра, чтобы щелкать и шептать свои таинственные песни на­ встречу пламенеющей заре. -Глухариный ток на Вампо- Согра знал, лишь . .один чело­ век — старый лесник Егор Ми­ хеевич из Лягкомино, что в 30 верстах от Вампо-Согра. Весной приходил иногда старик на ог­ ромное токовище, чтобы послу­ шать глухариные песни.. С вечера Егор Михеевич уса­ живался обычно где-нибудь на краю болота, закуривал трубку и тихо сидел, слушая весенние зву­ ки. Всю бледную северную ночь призывно гукал на болоте заяц, перекликались иногда куропатки. Старик сидел не шевелясь. Мига­ ла над лесом звездочка, звенели под снегом ручьи, тихо шумели иногда вековые деревья под по­ рывами: теплого ветерка. Утром, чуть занималась зорь­ ка, глухари, развернув веером свои хвосты и опустив крылья, начинали перекличку по всему болоту. Пестрые глухарки одна га другой прилетали на ток, оживляя его своим гнусавым квохтаньем. Часто щелкающие глухари слетали на снег совсем недалеко от старика, но он никогда не прикасался к ружью. Он только «По ту сторону радуги». Москва. Творческий коллек­ тив киностудии «Мосфильм» Еедет съемки новой цветной кинокомедии «По ту сторону радуги». В фильме будет рас­ сказано о работе антрополо­ гов, которые ищут племя сснежиых людей». Один из молодых ученых (артист Все­ волод Сафонов) находит это племя и привозит в Москву «снежного человека» (артист И. Ильинский). Режиссер фильма И. А Резанов. На снимке (слева напра­ во): артисты В. Сафонов. И. Ильинский и Ю. Белов во время съемок. Фото Б. Трепетова. Фотохроника ТАСС слушал и смотрел, а потом опять уходил в тайгу, полную аромата оттаявшей хвои. Так продолжалось до тех пор, пока однажды зимой на берег Ковдозера не пришли лесорубы. Недалеко от Вампо-Согра они срубили в тайге барак, из труб которого сразу же потянулись в небо сизые струйки дыма. Ве­ ковая тайга наполнилась новыми звуками: стуком топоров, визгом пил, треском падающих деревьев, криками и смехом людей. В первую же весну лесорубы обнаружили на Вампо-Согра глу­ хариный ток, и загремели на нем .гулкие выстрелы. В бараке на плите забулькала в котелках глухариная похлебка. Черные ве­ ера глухариных хвостов украсили бревенчатые стены барака. Постепенно пустело Вампо- Согра. Еще зимой, при первых же звуках топора, угрюмо побрел прочь с родного болота великан- лось. Долго бился, пока не затих в проволочной петле, белоснеж­ ный заяц. Улетели куда-то напу­ ганные куропатки. Лишь глухари не покидали родного тока. К аж ­ дую весну уцелевшие слетались па болото и токовали, как в прежние времена. То один из них, то другой грузно падал на землю после гулкого выстрела, не допев до конца своей песни. Через несколько лет поредела тайга кругом Вампо-Согра. Опу­ стело лесное болото, словно и не было на нем никогда огромного глухариного тока. Но ток еще не совсем погиб. Каждую весну прилетал на него уцелевший старый глухарь ’ и один шептал свои песни среди разоренного токовища. Глухарь был очень осторожен: садился на одиночные деревья, часто об­ рывал песню и при первом же подозрительном шорохе улетал с токовища. Среди лесорубов про него хо­ дили разные слухи. Говорили, что у глухаря серое от возраста перо, что в нем не меньше фунта дроби и что на ток он прилетает чуть ли не за пятнадцать верст с берегов Тупьей губы. Постепенно от глухаря все от­ ступились: кто из жалости, кто из уважения к преданной птице. Только один из лесорубов, моло­ дой парень Васька Лангуев каж ­ дую весну продолжал ходить с ружьем на Вампо-Согра. — Все равно сшибу этого мошника, — хвастался он перед друзьями. - - Вот увидите, мои будет. Раз как-то в дождливый ве­ сенний вечер в барак лесорубов но у зашел Егор Михеевич. Старик положил па пол у потрескиваю­ щей плиты тяжелую котомку, отряхнул мокрый брезентовый плащ и прошел к столу. Лесору­ бы перестали стукать костяшка­ ми домино. Кое-кто приподнялся с кроватей, разглядывая борода­ того гостя. Старик присел на краешек скамьи и строго заговорил: — Ребята! Хоть и не мой это участок, но все равно. Плохо вы хозяйничаете. Разве эдак можно? ІІошто глухариный ток-то на бо­ лоте разорили? Ну, постреляли бы немного, а то подряд. Ежели мяса, медвежатина вон в мешке, возьмите. Только последнего глухаря на болоте не трогайте. Не дело. Лесорубы мяса не взяли, глухаря обещали но трогать. Неизвестно, что сталось бы глухарем, если бы участок Вампо-Согра вскоре не закрылся Осиротел покинутый барак. За­ валило его зимой снегом по самые окна... Наступившей весной, как всег­ да, зазвенели кругом среди рых­ лого снега бойкие ручейки. Толь­ ко Вампо-Согра не откликнулось на них, как раньше, песнями и радостными криками своих оби­ тателей. Но древний ток еще жил. По зарям доносилась с него одинокая песня старого глухаря. Каждое утро он щелкал все увереннее и не переставал шептать в поре­ девшую тайгу свой призыв. ...Пройдет год— два, и призыв этот не останется без ответа. И когда-нибудь снова будут токо­ вать глухари на Вампо-Согра, ес­ ли случайно не забредет на него какой-нибудь неразумный охот­ ник' и не сшибет торопливым выстрелом последнего певца. Ю. СКВОРЦОВ, учитель школы № 2. Пьеса местного автора Недавно совет отдела культу­ ры горисполкома провел обсуж­ дение пьесы «Случай в тайге», написанной работником Дома культуры металлургов В. П. Бер­ сеневым. Совет отдела рекомендовал эту пьесу включить в репертуар­ ный план Дома культуры метал­ лургов на 1960 год. «К А Н Д А Л А КШ С К И Й К О М М У Н И С Т » 25 октября 1059 г. 3 стр.