Арктика 2035: актуальные вопросы, проблемы, решения. 2025, №4.

108 АРКТИКА 2035 : актуальные вопросы, проблемы, решения № 4 (24) 2025 3) развитие биоэнергетики на основе местных ресурсов. Арктика обладает значи- тельным потенциалом для использования местной биомассы (древесные отходы, торф, биогаз) для генерации энергии, что сокращает зависимость от привозного ископаемого топлива; 4) сохранение и восстановление лесов. Проекты направлены на восстановление деградированных лесов и сохранение существующих массивов, включая работы по восстановлению после пожаров, болезней и иных повреждений. Политический контекст и стратегии России и Финляндии по достижению углеродной нейтральности Проблема углеродного регулирования крайне актуальна для арктических терри- торий, где сосредоточены как ресурсы для перехода к углеродной нейтральности (редкоземельные металлы, технологии СПГ, возобновляемая энергетика), так и источники негативного воздействия (углеродоемкие производства, устаревшие технологии, таяние вечной мерзлоты). • Россия утвердила Климатическую доктрину (указ Президента № 812 от 26.10.2023), которая включает стратегию низкоуглеродного развития до 2050 года и цель достижения углеродной нейтральности к 2060-му. Интенсивная стратегия увеличения поглощающей способности лесов предусматривает повышение эф- фективности управления, усиление охраны и защиту лесов, реализацию клима- тических проектов. В России действует система платы за выбросы парниковых газов, однако штрафов за превышение объемов выбросов CO 2 не предусмотрено. • Финляндия как член ЕС обязалась сократить выбросы парниковых газов на 39% к 2030 году. Финский закон об изменении климата (вступил в силу 1 июля 2022 года) устанавливает цель достижения углеродной нейтральности к 2035 году и впервые включает задачу по усилению поглотителей углерода в секторе землепользования (LULUCF) [17]. Цель — увеличить поглощение CO 2 в этом секторе до 17,8 млн тонн к 2030 году. С 1990 года в Финляндии действует углеродный налог, который по со- стоянию на март 2023 года составлял 76,92 евро за тонну CO 2 -экв [18]. Политика углеродной нейтральности в Арктике представляет собой сложный вы- зов, требующий комплексного подхода, в котором лесные климатические проекты играют ключевую, но неоднозначную роль. Арктические экосистемы, особенно леса и тундра, являются не только потенциальными поглотителями углерода, но и хрупкими системами, которые под воздействием потепления могут превратить- ся в его мощные источники из-за таяния вечной мерзлоты. Эффективность лесоклиматических проектов в регионе напрямую зависит от учета его специфики — суровых условий, замедляющих восстановление лесов, и необхо- димости сбалансировать экологические цели с социально-экономическими потреб- ностями [19, с. 14]. Несмотря на существующие риски, такие как «утечка» углерода, сложность верификации и проблемы долгосрочного финансирования, эти проекты остаются важным инструментом для смягчения последствий изменения климата. Финляндия делает акцент на системное регулирование, включая углеродный налог и амбициозные краткосрочные цели, в то время как Россия развивает националь- ные стандарты сертификации и реализует масштабные инвестиционные проекты в рамках долгосрочной стратегии. Достижение углеродной нейтральности в Арктике возможно лишь при условии интеграции лесоклиматических проектов в более широкую стратегию, включающую развитие возобновляемой энергетики, внедрение новых технологий и укрепление международного сотрудничества для сохранения уникального экологического по- тенциала региона. Политика углерод- ной нейтральности в Арктике пред- ставляет собой сложный вызов, требующий ком- плексного подхода Достижение угле- родной нейтраль- ности в Арктике возможно лишь при условии интегра- ции лесоклимати- ческих проектов в более широкую стратегию