Арктика 2035: актуальные вопросы, проблемы, решения. 2023, №4.

7 Государственная политика в Арктике «Новая реаль- ность» Арктики Эффективное и мирное управ- ление Арктикой по-прежнему требует участия и согласия России Все западные ар- ктические государ- ства приветствуют активизацию НАТО в регионе, особен- но в свете вхожде- ния в него Финлян- дии и Швеции лен. — Эффективное и мирное управление Арктикой по-прежнему требует уча- стия и согласия России» [6]. Серьезную озабоченность прекращением контактов с россиянами выражали и представители коренного населения, причем не только саамы, но и, казалось бы, менее вовлеченные в это общение североамериканские индейцы племени гвичинов. В экономическом развитии Арктики всегда играла большую роль политика, но те- перь ее примат стал определяющим. При этом на роль бесспорного лидера в зару- бежной Арктике, согласно новой редакции национальной арктической стратегии, [7] претендуют США, настроенные наиболее радикально: полное замораживание контактов с Россией, жесткая «зеленая повестка», свертывание арктической нефте- газодобычи, жесткие ограничения иной хозяйственной деятельности, «обеспече- ние свободы судоходства», то есть оспаривание национальных статусов Севмор- пути и канадского Северо-западного прохода. Администрация Байдена отдает себе отчет, что от ее политики пострадает и экономика Аляски, но воспринимает это достаточно спокойно: ни в экономике, ни в политике США Арктика неприоритетна, ее интересами можно и пренебречь ради соображений более высокого уровня. В данной обстановке становится практически нереализуемым любое деловое взаимодействие России со странами Запада в Арктике в сфере инвестиций, транспорта, информационной инфраструктуры, науки (за редкими частными ис- ключениями), образования. Безусловно, возможны нюансы. Норвегия, например, не собирается отказываться от крайне важного для себя двустороннего сотрудни- чества по вопросам регулирования рыболовства в Баренцевом море [8], существу- ющего с 1970-х годов, но общая тенденция задана четко. Параллельно усиливается линия на блокирование проектов Китая, противо- действие его претензиям на статус «приарктическое государство». Отметим, что исследовательская служба конгресса США еще в 2021 году предлагала также рассмотреть вариант отзыва у КНР наблюдательного статуса в АС в качестве меры экономического наказания за ее действия в Южно-Китайском море [9]. В то же время представляется, что дальнейшее развитие региона будет серьезно отличаться и от арктического соперничества узкой группы великих держав в XVIII–начале XX века, и от замкнутого блокового, прежде всего военно-политиче- ского, противостояния 1950–1980-х годов. Прежде всего о закрытии Арктики по принципу «только для своих» речи не идет. В этом смысле плоды глобализации, видимо, сохранят свое действие. В частности, все западные арктические государства приветствуют активизацию НАТО в регио- не, особенно в свете вхождения в него Финляндии и Швеции. В октябре 2022 года, когда процесс вступления только разворачивался, председатель военного коми- тета блока адмирал Роб Бауэр прокомментировал: «С таким уровнем интеграции мы сможем лучше определить роль НАТО на Крайнем Севере, равно как и из- влекать выгоды от наличия в этом регионе дополнительных сил и средств» [10]. Аналогичные результаты будет иметь активизация в Скандинавии руководимого Великобританией Объединенного экспедиционного корпуса. Этот процесс будет сопровождаться растущим проникновением на Север неарктических стран НАТО, что отвечает их собственным заявленным интересам. Военная значимость Евросоюза как американского партнера на Крайнем Севере будет при этом объективно снижаться. Стратегия США в Арктическом регионе вооб- ще не упоминает ЕС; в Стратегии национальной безопасности он рассматривается лишь в контексте торгового сотрудничества, украинского кризиса и противосто- яния с Китаем [11]. В то же время ЕС может представлять в Арктике ценность для