Арктика 2035: актуальные вопросы, проблемы, решения. 2023, №4.

10 АРКТИКА 2035 : актуальные вопросы, проблемы, решения № 4 (16) 2023 Несмотря на всю остроту конфликта с Россией, США в качестве долго- срочного главного соперника видят КНР вания боевых и разведывательных самолетов, надводных кораблей и подводных лодок. Все это определяло пусть однобокий, но все же устойчиво высокий интерес к Арктике со стороны политического и военного руководства ведущих стран мира. В современных же условиях, несмотря на всю остроту конфликта с Россией, США в качестве долгосрочного главного соперника видят КНР. В ходе 2022 года эта принципиальная позиция лишь усиливалась по мере роста напряженности вокруг Тайваня. Так, Стратегическая концепция НАТО, принятая на мадридском саммите 29 июня 2022 года, еще называла Россию «наиболее значительной и прямой угро- зой безопасности государств — членов НАТО», особо упоминая впервые в истории документов такого рода ее военный потенциал на Крайнем Севере. При этом, несмотря на негативные оценки углубления стратегического партнерства между Китаем и Россией, НАТО все же заявляло: «Мы по-прежнему открыты для конструк- тивного взаимодействия с КНР» [19]. Однако новая Стратегия национальной безопасности США, утвержденная прези- дентом Дж. Байденом спустя три с половиной месяца, содержит на сей предмет уже иные формулировки с четким разделением стратегических и тактических при- оритетов: «Россия и КНР порождают разнородные вызовы. Россия представляет собой непосредственную угрозу свободной и открытой международной системе… В отличие от нее КНР является единственным конкурентом, имеющим как намере- ние перестроить международный порядок, так и возрастающую экономическую, дипломатическую, военную и технологическую мощь для достижения данной цели» [11]. Долгосрочная политика США будет строиться исходя из этого видения. В результате возвышения Китая и Индии основной центр мировой экономики и политики смещается, таким образом, в Южную, Юго-Восточную Азию и омы- вающие их моря. Американцами был даже предложен новый геополитический концепт «Индо-Пацифика», с 2018 года введенный в официальный оборот. Речь фактически идет о поиске нового баланса сил США и двух великих азиатских держав, включая серьезный военно-политический компонент [20]. США при этом действуют во многом по образцам холодной войны, пытаясь окружить КНР поясом недружественных государств и собственных военных баз с созданием военно-по- литических структур антикитайской направленности, таких как американо-британ- ско-австралийский блок АУКУС, четырехсторонний диалог по безопасности Quad, объединение разведок «Пять глаз» и др. Китай в свою очередь наращивает собственный военно-морской потенциал ближ- ней и дальней зоны действия, энергично обустраивает спорные острова в Юж- но-Китайском море, создал в регионе Всеобъемлющее региональное экономиче- ское партнерство [21] и зону свободной торговли в АСЕАН и др. С этой точки зрения Арктика из главного театра потенциальной мировой войны превращается в далекий стратегический тыл Китая и США. Они, безусловно, со- хранят к ней интерес, но в достаточно узком контексте — как к источнику ценных природных ресурсов, арене для купирования российской внешнеполитической активности и проведения отвлекающе-сдерживающих Китай маневров в духе тра- диционной «стратегии непрямых действий». Еще одной важной характеристикой будущей Арктики станет изменившаяся и не- равномерная востребованность ее ресурсов на мировом рынке. Можно ожидать сохранения и роста спроса на отдельные виды сырья (редкоземельные элементы, руды цветных металлов, ценные породы рыб и др.), возобновляемые энергоре- сурсы, туристический потенциал. В то же время мировой спрос на нефть и газ в перспективе стабилизируется и начнет снижаться, причем центр его тяжести будет смещаться на юг, все дальше от арктических районов добычи. Традицион- ные виды тяжелой промышленности и арктическое судоходство будут испытывать