Арктическая звезда. - 2013. - 30 мая (№ 5) - page 6

№ 5, 30 мая 2013 года
6
ИСТОРИЧЕСКИЙ ФАКТ
5 января 1956 года дизель-электро-
ход «Обь» Мурманского морского па-
роходства первым из советских судов
прибыл к берегам Антарктиды, и эта
дата считается началом научных ис-
следований Россией южного материка.
«Обь» имела усиленный ледовый
класс и была приспособлена для само-
стоятельного плавания во льдах. С тех
пор «Обь» ежегодно совершала экс-
педиционные рейсы к берегам Антар-
ктиды. Вернувшись из последнего,
19 антарктического рейса, «Обь» пе-
редала вымпел флагмана антарктиче-
ских плаваний вновь построенному
для ААНИИ дизель-электроходу «Ми-
хаил Сомов».
18-Й АНТАРКТИЧЕСКИЙ.
НАЧАЛО
Особенно трудным оказался для
наших моряков 18-й антарктический
рейс. Многолетние льды, скопления айс-
бергов, штормовые ветры не позволили
дизель-электроходу подойти к берегу.
Попытались пробиться к станции Ленин-
градская. Но коварная «голубая красави-
ца» (так назвал Антарктику американ-
ский исследователь Ричард Бэрд) сдела-
ла все, чтобы не пустить судно к своим
берегам. «Обь», увлекаемая льдами, все
больше удалялась от нее и застревала. Не
помогали ни кренование, ни реверсив-
ные форсирования хода, ни заводка ледо-
вых якорей. Экипаж кирками, пешнями и
ломами пытался скалывать вокруг судна
ледовые тиски. Расстояние между стан-
цией и судном увеличивалось. Подошед-
шие вплотную льдины заклинили руль,
деформировали несколько шпангоутов.
23 апреля 1973 года начался дрейф
«Оби». Судно оказалось во власти льдов,
ветров и течений. В любой момент его
могло раздавить льдами. Надо было гото-
виться к любым последствиям дрейфа в
условиях антарктической зимы и насту-
пающей полярной ночи.
КАПИТАН
В том рейсе особо проявились все про-
фессиональные качества капитана «Оби»
Сергея Волкова. На борту судна находи-
лись 135 ученых и более 60 членов экипа-
жа. Ответственность за их судьбы лежала
на капитане. Незамедлительно в своей
каюте капитан собрал старший комсо-
став. Обсуждался вопрос о подготовке
экипажа к экстренному выходу на лед в
случае гибели судна. Для организации ла-
геря на льду необходимо было как мини-
мум на десять дней обеспечить всех пас-
сажиров и экипаж разборными домиками,
палатками, продовольствием, радиостан-
цией, теплой одеждой.
Волков, как никто другой, осознавал
сложность положения. Он был сдержан,
деловит и... никакой растерянности. Ка-
питан, как мог, подбадривал подчинен-
ных, почти не покидал мостик.
Сергей Иванович поручил своему ду-
блеру Сергею Смирнову срочно распре-
делить обязанности между участниками
дрейфа. В детальном плане дублера рас-
писано было все: кто займется изготовле-
нием саней-волокуш, кто станет делать
соляровые печи для обогрева, кто выгру-
жает разборные домики, палатки и уста-
навливает их на льду и т.д. Завпрод Борис
Дмитриевич Фролов занялся подготов-
кой мешков с неприкосновенным запа-
сом продуктов для каждого члена экипа-
жа. Сколько продлится ледовый дрейф в
этом неизученном районе Южного океа-
на и как он закончится - судить было
трудно. Дизель-электроход подвергался
воздействию частых циклонов ураган-
ной силы, корпус стонал и трещал от
многочисленных сжатий, значительная
часть его, особенно в районе трюма №2,
была деформирована, некоторые шпан-
гоуты были разрушены. Над судном на-
висла смертельная опасность. Экипаж,
напрягая все силы, боролся за живучесть
корабля. Беспокоило и то, что станцию
Ленинградская не успели снабдить про-
довольствием и топливом, кроме того, не
успели сменить полярников. Приняли ре-
шение сделать это самолетом, т.к. верто-
лет Ми-8 не был исправен. Возникла не-
обходимость построить взлетно-поса-
дочную полосу.
Полярная осень переходила в зиму.
3 мая температура понизилась до - 32
градусов. Несколько суток моряки на
пронизывающем ветру и обжигающем
морозе разбирали торосы, срубали тор-
чащие обломки льда, расчищали с пло-
щадки снег. С помощью взрывов очища-
ли ото льда корму судна. Гребной винт и
рулевое устройство были под угрозой.
4 мая только за одни сутки «Обь»
сдрейфовала на север на 13 миль, а рас-
стояние между судном и Ленинградской
составило 305 км. И все же до 10 мая
удалось с помощью самолета и отремон-
тированного вертолета сменить полно-
стью состав 17- й советской антарктиче-
ской экспедиции.
ДРЕЙФ
ПРОДОЛЖАЕТСЯ
Результаты авиаразведки были неуте-
шительны: на сотни километров вокруг
судна десятибалльный, сжатый лед.
Мороз все крепчал. В Москве была соз-
дана комиссия по оказанию помощи
дрейфующему судну. В район дрейфа
направили дизель-электроход «Наварин»
для переброски на него людей.
Через некоторое время обнаружилось,
что на судне стали замерзать танки двой-
ного дна, что грозило затоплением неко-
торых отсеков. Воду из большинства
танков успели откачать, но в одном из
них образовалась течь, через которую по-
ступала забортная вода. Топорами и кир-
ками несколько дней моряки вырубали
лед из каждой шпации, пока не обнару-
жили и не устранили пробоину. 20 мая в
60 метрах за кормой прошла трещина,
появились разводья, но двинуться «Обь»
не могла. А вот взлетно-посадочная по-
лоса оторвалась и уплыла. И вновь эки-
паж начал сооружать полосу для самоле-
та, чтобы подготовиться к приходу «На-
варина». 30 мая «Наварин» подошел к
кромке антарктических льдов. Расстоя-
ние между судами превышало 500 кило-
метров.
В ночь с 3 на 4 июня экипаж «Оби» не
спал. К ночи задул ураганный ветер, ско-
рость его превышала 40 метров в секун-
ду. Началась интенсивная подвижка льда
и сильное сжатие. Со скрежетом, треском
и шумом льдины ползли одна на другую.
Вал торосов высотою пять-семь метров
вплотную подошел к левому борту
«Оби». Судно начало выжимать на лед,
крен увеличился до 6 с половиной граду-
сов. Давление на корпус стало критиче-
ским. Льдами заклинило руль, повредило
шпангоуты, деформировалась обшивка
корпуса, разломало взлетную площадку.
Это было самое жесткое сжатие за весь
период дрейфа. Еще бы небольшое на-
пряжение, и пришлось бы объявлять тре-
вогу. Но «Обь» и люди устояли. 5 июня
ветер немного ослаб.
ВОЗДУШНЫЙ МОСТ
Начали готовить людей к эвакуации на
«Наварин». Первыми решено было от-
править женщин и полярников.
Все знали, что «Обь» в опасности, но
моряки не хотели покидать судно. Стар-
ший моторист Георгий Миминошвили,
когда ему предложили готовиться к эвакуа-
ции, всерьез обиделся: «Разве я плохой мо-
торист? Я 14 лет плаваю на этом судне.
Мой дом не в Поти, где живут мои дети и
жена. Мой дом здесь на «Оби». И остался.
10 июня началась переправка женщин
и полярников на «Наварин», находив-
шийся в 300 километрах от «Оби». Эту
операцию моряки назвали «Воздушный
мост». Расстояние по прямой между су-
дами составляло 240 километров. Авиа-
торы самолета и вертолета испытали
тогда все прелести антарктической пого-
ды: ветер в порывах достигал 22 метров в
секунду, плохая видимость, сильная ме-
тель, да и взлетную полосу у «Наварина»
могло взломать в любую минуту. Но, не-
смотря на погоду, операция была закон-
чена. На борту «Оби» осталось 73 чело-
века, из них 50 моряков, остальные авиа-
торы и ученые.
РАБОТА
В ЭКСТРЕМАЛЬНЫХ
УСЛОВИЯХ
«Обь», зажатая тяжелыми льдами,
продолжала дрейфовать вместе с ледя-
ными полями. Антарктическая зима пол-
ностью вступила в свои права, морозы
достигали - 30 градусов, солнце вставало
над горизонтом на 3 часа 10 минут.
В условиях штормов и нулевой види-
мости для определения координат на-
хождения судна Сергей Волков освоил
теодолит. Только специалисты смогут
понять, насколько это сложная наука.
Несмотря на жестокие морозы и
ветры, едва лишь в разрыве облаков по-
являлись небесные светила, прихватив с
собой треногу, теодолит, секундомер и
фонарик для подсветки для записи, капи-
тан и один из штурманов спускались на
лед и в нескольких метрах от судна про-
водили наблюдения. Затем с помощью
звездного глобуса и таблиц вычисляли
координаты местонахождения судна.
Волков отличался исключительным тру-
долюбием, что всегда выделяло его
среди сослуживцев, для которых его ав-
торитет был непререкаем.
Ученые занимались обследованием
ледового массива, следили за передвиже-
нием айсбергов и за погодой. Каждые
4 часа эхолотом замеряли глубины океа-
на, исследовали «поведение» корпуса
судна при сжатиях. Как показали наблю-
дения, на отдельных участках корпуса
напряжение достигало до 2800 кило-
граммов на квадратный сантиметр, в то
время как допустимая нагрузка - 3500.
В последние дни июня в районе дрей-
фа вновь свирепствовали штормовые
ветры и метели. Недалеко от судна поя-
вилось еще пять айсбергов. Ближайший
из них находился в пяти кабельтовых от
неподвижного судна, что беспокоило мо-
ряков и ученых.
3 июля астрономические наблюдения
показали, что изменилось направление и
судно дрейфует на юго-восток, что таило
новые опасности. Судно вместе с ледо-
вым полем несло в сторону подводной
банки, на которой могли оказаться айс-
берги. А несколько юго-восточнее банки
- скалистые острова Баллени. Частые ме-
тели заносили судно снегом, и ежедневно
десятки моряков очищали палубу от мно-
готонных снеговых заносов. Со всех сто-
рон судно окружили айсберги. В радиусе
15 миль их было зарегистрировано
шестьдесят. Многие были видны невоо-
руженным глазом. Расстояние между
«Обью» и островом Янг сократилось до
70 миль. Корпус судна непрерывно
вздрагивал, откликаясь на толчки ледя-
ных полей. Подходил к концу третий
месяц ледового плена.
БЛАГОПОЛУЧНЫЙ
КОНЕЦ
День 22 июля стал самым радостным
для всех находившихся на борту элек-
трохода. В 9.50 утра по судовому време-
ни «Обь» освободилась от ледового сжа-
тия и получила возможность самостоя-
тельно двигаться.
Преодолев 90-дневный дрейф, жесто-
кие штормы и ураганы, «Обь» вернулась
на Родину. Капитан ждал оценки своей
деятельности в столь сложном рейсе. Он
знал, что есть люди, пытающиеся обви-
нить его в профессиональной ошибке, в
результате которой судно оказалось в ле-
довом плену. Но специалисты и члены
экипажа, пережившие трудности дрейфа,
высоко оценили его профессионализм.
В том рейсе «Обью» была достигнута
самая южная в плавании точка - 77 граду-
сов 5 минут 5 секунд южной широты, 158
градусов 24 минуты западной долготы.
Моряки и судно с честью вышли из этого
сурового испытания. Во время дрейфа
был проведен целый комплекс уникаль-
ных исследований в неизученном районе
Антарктиды.
За спасение судна, мужество и отвагу
двенадцать членов экипажа «Оби» были
награждены орденами и медалями. Ка-
валером ордена Ленина стал капитан
Волков.
Три месяца постоянного напряжения,
борьбы за спасение судна и людей, не
могли не сказаться на его здоровье. После
возвращения из рейса он впервые попал
в больницу. Врачи констатировали арит-
мию сердца.
ТРАГИЧЕСКАЯ СУДЬБА
КАПИТАНА И СУДНА
Позже «Обь» совершала рейсы в Ар-
ктику, в Канаду. В 1980 году судно было
выведено из эксплуатации и продано ми-
нистерству геологии. «Обь» использова-
лась на острове Колгуев как общежитие
для нефтяников. Волков не мог смирить-
ся с таким решением. Предложили долж-
ность в министерстве морского флота, и
он согласился.
Как известно, пережитые стрессы
жизнь не удлиняют. И 19 сентября 1983
года Волкова не стало. Ему тогда испол-
нилось всего 50 лет.
Недолгой оказалась жизнь этого ярко-
го, горячо преданного морю, необычайно
честного и доброго человека. Но за ко-
роткое время пребывания на земле он
успел оставить память о себе в истории
отечественного мореплавания. Так же
трагично завершилась судьба его «Об-
ушки», разбитой штормом и брошенной
в губе Ременка вблизи селения Бугрино.
Валентина КАРЕПОВА.
КОВАРСТВО «ГОЛУБОЙ КРАСАВИЦЫ»
В этом году исполнилось
40 лет со дня героического
дрейфа дизель-электрохода «Обь»
Мурманского морского пароход-
ства в тяжелых льдах Антаркти-
ды. Дрейф начался 23 апреля
1973 года и завершился только
22 июля того же года.
1,2,3,4,5 7,8
Powered by FlippingBook