Маслов, В. С. Внутренний рынок : роман / В. С. Маслов. - Москва: Совет. писатель, 1991. - 489, [1] с.

дубье вырастет! И уже не важно будет, из чьей рукавицы семена! Нам бы, на нашем уровне, это страшное цепное предательство остановить. Молчишь?! — И что же ты предлагаешь? — В голосе Кирилла Ма к ­ симовича темень и усмешка. — Якорь на быстрине, по которой вниз несемся, выки­ нуть! Крикнуть: «Люди! Опомнитесь, смотрите, куда вас несет, куда вы проваливаетесь! В небытие! Поймите, что происходит!» — Что ж не выкинешь? — Думаешь, не выкидывали? Сколько таких было! Но и лодку не остановили свою, и сами вслед за якорем выле­ тали. Ты не подумал, почему столько народу за бортом оказалось?! — З а такие слова...— не то осторожно, не то с опаской проговорил отец.— З а такие слова в наше время к стенке ставили. И поделом! Типичная скрытая антисоветчина! — Я говорил о баррикаде. А ты — нет, ты — к стенке! Ну и ну! Надо быть идиотом, отец, чтобы против Советской власти! Советы в нас — с Киевской Руси сидят, если не раньше. Какому государству как, а Россия — она и есть Совет! Только в этот Совет все время кто-то обязательно на троне хочет въехать! — fie о России! Что — Россия?! В определенных усло­ виях нам наплевать на Россию, и я с этим согласен! Мы теперь выше! Р азве мы теперь — только русские? Ты — только русский? — Странные, страшные ты слова говоришь! Странно ты книги своп читаешь, странные и страшные вещи из них выписываешь! У нас с тобой и вправду — окна в разные стороны.— И расхохотался вдруг Окся: — Я-то — русский?! Где это ты во мне обнаружил? Хоть вот столечко! Ничего в нас, кроме фамилий, не осталось. И давно уже мы при­ вязаны не корнями, не к родной земле, а к чему-то с проти­ воположной стороны, веревкой! Болтаемся мы — отчего, думаешь? — А кровь-то? Уже не в счет? Вода это? — Хреновина — кровь! Духу не осталось! А без нацио­ нального духа, без традиций и обычаев любая нация, сколь бы велика и могуча ни была,— обречена! Дух где? — Вот уж этим-то от нас — завсегда! Что от тебя, что от меня. Как ни от кого! Пьешь-то уж ты по-русски! — И опять ложь, отец! И опять — из той же рукавицы! Опять предательство! Россия никогда не была пьяницей. 219