Маслов, В. С. Внутренний рынок : роман / В. С. Маслов. - Москва: Совет. писатель, 1991. - 489, [1] с.

дни связаться? — подумал почему-то он, и столь ему стало тошно.— Неужто Окся одну сестру на другую сменит? Р азве та к можно! Подумать и то...» ГЛАВА 2 Что б отец ни написал, вряд ли в эти дни способен был Олег что-либо толком воспринять. Слишком все, что ни скажет отец, связано еще было, не оторвешь, с мерзкой, стыдною сценой на волокуше, с доставкой отца через весь поселок домой. А тут еще — мордобой именинный вч ераш­ ний, скула, взя вшаяс я коркой (все-таки, оказалось, содрал, когда с лестницы у Петелиных летел), стыд показаться на улице, гнетущее ощущение собственной ущербности и д аж е страх перед необходимостью идти за втр а в школу. П о я в ­ ление конверта отцовского не только не тронуло ни ума, ни сердца, но показалось неуместным каким-то, отчего — не то недоумение, не то раздражение. Когда письмо получил, удивился сперва незнакомому почерку. Впрочем, чей он почерк и знал? Учителей, да некоторых одноклассников, да однажды в пионерлагерь от матери письмо пришло. Вынул отцовский конверт из ящика вместе с газетами: «Олегу Окрециевичу Шестакову». Не понял сперва. Вскрыл, прочел: «Написано тебе большое письмо. Приди — отдам. Отец». Вернулся от почтового ящика в комнату, бросил газеты на стол, а конверт с запиской, поскольку адресовано все- таки ему, сунул в нижний ящик стола письменного, под уже ненужный чертежный ящичек. И забыл о письме! Забыл... И опять придавило его ощущение своей ущербности, и уже стал он, кажется, понимать (и от этого было только хуже), что страшило его вовсе не то, как в школу за втр а пойдет, не то, чем гостьбу вспоминать будут, а нечто бо­ лее ужасное: ему вдруг не захотелось больше видеть Алеш­ ку Селиверстова! Ему не хотелось видеть Алешку Селивер­ стова, и жизнь от этого, кажется, теряла смысл. У всех было свое: у отца — вино, у деда Кирилла — сын Окреций, у матери — сын Олег, дядя Петя Еремин и еще что-то, лишь у Олега, казалось, никого больше не было, кроме Алешки, и вот... Рухнуло что-то, и, кажется, вскинулось от этого 'Все вокруг, как пыль при обвале, и — беспросветно! Не понимая еще, что же все-таки случилось, он чувствовал наверное, 216