Маслов, В. С. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 3 / Виталий Маслов ; [сост. - В. У. Маслова ; ред. Н. Г. Емельянова]. - Мурманск : Дроздов-на-Мурмане, 2016. - 502 с. : ил., портр.

208 Виталий Маслов нился: кое-где доски заменены - чистые, беленькие, струганые, глаз веселят. Р я ­ дом с Алешкой, в самом начале потока, площадка обновлена, с которой бревна на пильную тележку скатываются. А вот какие балки заменены в цехе, не видно: забелено все. И чуть сумрачнее в цехе, чем прошлый раз: не успели стекла верхние по-хорошему протереть. Постоял, прослеживая до поперечного, мостика дорогу-судьбу одного брев­ на, второго, третьего. Та же размеренность и тот же ритм, что и на перекидном элеваторе, только все здесь более усложнено и как бы не сразу в глаза кидается... Вползают бревна - сплошь сосна, никакой разнопородицы. Удивительно чистые по породе пришли сверху первые плоты, удивительно добросовестно сортируют бревна на реке первые смены воднобревенщиков... И что ни бревно, - каждое при встрече с пилами кричит по-своему... Пятое, восьмое, десятое... И овладевало Алешкой что-то непонятное, безо­ глядное, бесповоротное, что не просто завораживало, но как бы засасывало... Каза­ лось, что нет, не будет, не может быть конца этой проходящей через рамы - торец в торец! - цепи бревен, в которых еще не совсем остыла, еще движется, сопротив­ ляется их древесная кровь. И была в этом какая-то сладковатая упоенность, ка- кой-то высший смысл - непостижимый и страшный... Да еще вдобавок смолистые запахи здешние - пьянящие, густые, которые, кажется, даже на ощупь чувствуют­ ся, запахи живого свежего леса, а не мертвых досок... Пока не перестал Алешка за­ мечать чего бы то ни было, кроме бревен, уходящих в раму одно за другим... Пока не потянуло и его самого туда же, вперед, вместе с бревнами - к раме! И с непости­ жимым уму наслаждением он двинулся вперед и уже оказался посередине между стеной и рамой, когда наконец рамщик, откатившись в очередной раз, увидел его. И что-то крикнул ему, и Алешка оглянулся. И Коршаков, нажимая на рычаг одной рукой, другой - Алешке махнул: мол, привет, молодежь! Мол, привет, сосед! Мол, рад тебя снова видеть! И тут же - что за наважденье?! - девчоночий смех сзади. Обернулся резко. З а фанерной стеночкой, от сквозняков приставленной ко второму потоку, дев­ чонка у крохотного столика. Поглядывает то на Алешку, то на первый поток, то на второй, записывает коротко. Алешка вроде как очнулся, и пробуждение его было как бы продолжением сна, - столь же удивительное и странное. Отступил к тому трапу, по которому наверх поднимался, будто в тень. А девчонка, на то она и девчонка, выглянула из-за своего укрытия, улыба­ ется - зубы тоненькой стежечкой... Знакомая, в общем-то девчонка, где-то он ее не раз видел, а где?.. Держась за ограждения трапа, все еще отступая, нащупал ногой верхнюю сту­ пеньку... А цех по-прежнему гудел, дрожал и стремился безудержно куда-то, и в самом в этом «куда-то» было что-то непостижимое. Через первый этаж - через темень и сырость - медленно вышел на улицу, под бездонное синее небо. Тугой запах прели, плывущий над мостовой, как невидимый тягучий туман, исходил от земли, от черных, ставших землею, опилок. На пригре­ ве на завалинке трава уже поднялась на целую четверть. Было тихо и уютно. Со­ образил наконец, что нужно успеть еще и на сортплощадку. Шагнул на мостовую. И тут, между лесопильным и деревообделкой, где всегда сквознячок, сразу почу­ ял: над весенней, не прогревшейся как следует землей мечется вверху над цехами