Маслов, В. С. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 3 / Виталий Маслов ; [сост. - В. У. Маслова ; ред. Н. Г. Емельянова]. - Мурманск : Дроздов-на-Мурмане, 2016. - 502 с. : ил., портр.
184 Виталий Маслов великана родить? Как?» Они, разумеется, и раньше представляли, как это бывает, но и все же то, что это свершилось, не оставив никаких трагических следов ни на Обнове, ни на теленке, показалось невероятным. - Белокопытый! - восхищенно прошептал Алешка. - Белокопытый! - Нравится вам этот иждивенец? - не оборачиваясь и не переставая доить, спросила Анна Никифоровна. - Чудо ведь и есть! Потом, на кухне, ребята пили молоко с пенкой, только что процеженное через марлю. Теплое, чем-то непривычное, вкусное или нет - не понять... И попроща лись с бабкой Анной сразу же, и шли до Алешкиного подъезда, слова не обронив. Но молчали они сейчас о том, о чем никогда раньше не молчали. Как будто в чем- то изменились еще раз, а в чем - не ясно. Да и не хотелось никакой ясности. А тем более говорить об этом не хотелось - ни тому, ни другому. Они шли и почему-то все еще вроде бы стеснялись друг друга. Как это странно, в общем-то, и неестественно - лишь в семнадцать лет уви деть то, что раньше, в предыдущие века безо всякого удивления видели дети уже в три года и даже раньше, а в пять - уже понимали, что к чему, в десять же - соиз меряли мысленно все увиденное с собою... К Селиверстовым Олег не пошел. У крыльца подал молча руку Алешке, и тот пожал ее крепко и прямо в глаза наконец поглядел, и губа его, на которой шрам, слегка вздрагивала. Впервые вот так, за руку, прощались. ГЛАВА И Насчет затишья на плотбище Алешка с Олегом верно заметили. Лишь удли нилось плотбище, придвинулось почти вплотную к дорожке, взбегающей на пло тину, и снова здесь все стихло, и снова все стоит подзапорошенное слегка, хотя тает кругом вовсю. А ведь как закрутилось было! Ведь и строительный цех - почти весь - сюда был брошен. И даже с двадцатичетырехквартирного дома люди сняты были. Прав да, толку не много: пока инструмент готовили, пока лебедку от того дома сюда пе ретаскивали, пока о расценках препирались - всех людей обратно забрали, одна лебедка осталась. Если кто-то что-то и сделал, то только ребята из ГПТУ: кроме клеток под новый плашкоут, они еще и забор свой чуть не весь до ума довели, осталось только ворота сменить. Сказали парни: или к Первому мая дело свое до делают, или ко Дню Победы, или к выпускному вечеру, и Василий Зосимович их не торопил. Затихло на плотбище, и снова началось что-то совершенно ни для Василия Зосимовича не понятное, ни для поселка всего: слух о погубленных под Лешаком дамбовых звеньях дошел до каждого, и недоумевали люди: чего на плотбище ждут, когда успеют? Ведь сколь бы поздняя навигация ни случилась, сами плашкоуты не вырастут. И даже долгожданный вытрезвитель, ради которого старую баню ла тают, вряд ли все дело поправит. Василий Зосимович Филатов толкнулся и к Петелину, и к Ажгибкову и ни чего не добился. Единственное, что смог у озабоченного, но явно повеселевшего Ажгибкова, - наряды на ребячью работу закрыть и через строителей провести. Хорошо ребята, по пять рублей на день заработали; куда с добром. А сам Василий Зосимович, к удовольствию Дианы Житовой, вернулся на биржу в кладовку: пока
Made with FlippingBook
RkJQdWJsaXNoZXIy MTUzNzYz