Давыдов Р. А. Русские на севере Норвегии в XIX - начале XX вв. / Р. А. Давыдов ; Российская академия наук, Уральское отделение. -

Первая сообщила о факте газета (название газеты неразборчиво: Halogaland? - Р.Д.), выходящая в Harstad, поместив у себя следующую цитату: «К чему арестовывать промышленников, когда тысячи вино­ ваты в тяжком преступлении изготовления телеграммы к русскому правительству с просьбою о помощи и под влиянием как своего соб­ ственного фанатизма, так и занимающих выдающееся общественное положение русских, бывших там в печальные дни мегавнских событий - когда промышленники вооружаются с головы до ног, твердо намерева­ ясь объявить войну своему собственному отечеству?» (от 18 июля). Сообщение это, появившееся впервые в мелкой провинциальной га­ зете Тромсенской губернии, прошло с различными комментариями че­ рез всю норвежскую прессу и проникло затем в шведские и немецкие га­ зеты с нелестными для норвежского правительства заключениями»526. О. Визель отмечал, что слухи о «тяжком преступлении» собравшихся в Гамвике рыбаков, тиражируемые газетами, по мере удаления от Гам- вика, становились все фантастичнее. Муссировались показания неких свидетелей, бывших на сходке рыбаков в Гамвике и сообщавших, что ключевой фигурой собрания там и едва ли ни инициатором обращения норвежских рыбаков за помощью к России для защиты от норвежских же войск, был будто бы какой-то влиятельный русский - чиновник или офицер. Он, дескать, слишком подозрительно оказавшись в нужное время в нужном месте, взял на себя труд доставить телеграмму к рус­ скому правительству. Получалось, что по сравнению с инцидентом в Мегавне, где толпа разрушила завод, мирное собрание рыбаков в Гамвике гораздо опас­ нее для норвежского государства. В первом случае речь шла всего лишь о беспорядках и самоуправстве. Во втором - о массовой измене своему государству и призыве к иностранному вмешательству во внутренние дела Норвегии. Но в ходе следствия, проведенного норвежскими вла­ стями, результаты которого были частично обнародованы, от сенсации мало что осталось. В донесениях О. Визеля от 24 июля (6 августа) и 29 июля (11 авгу­ ста) 1903 г., сообщалось, что коварным русским офицером оказался И.А. Шершедт527 - норвежец, как и десятки других его соотечествен­ ников переселившийся на Мурман и принявший русское подданство. В Гамвик он приезжал покупать рыбу. После инцидента, И.А. Шершедт, утомившись оправдываться и беспокоясь за свою репутацию, выступил в норвежских газетах с опровержением приписываемой ему роли про­ вокатора. Он написал, что он во время беспорядков в Мегавне действи­ тельно был в Гамвике, но в сходке рыбаков не участвовал, противостоя­ нием рыбаков и китобоев не интересовался и тем более не брал на себя обязательств по пересылке каких-либо телеграмм русскому правитель­ 526 АВПРИ. Ф. 155. Оп. 445. Д. 33. Л. 7 8 -7 9 об. 527 У О. Визеля - «И.А. Шершед». Другой, более часто встречающийся вариант написания фа­ милии колониста по-русски - «Шершедт». Оригинальная фамилия - «Skjarseth»? 528 АВПРИ. Ф. 155. Оп. 445. Д. 33. Л. 80, 93-94. 208