Творчество Октябрины Вороновой в школе : филологический и методический аспекты / Бакула Виктория Борисовна, Згазинская Ольга Геннадьевна, Згазинская Дария Сергеевна, Гром Алика Кирилловна . – Москва : РУСАЙНС, 2025.

природа уподобляются друг другу в сравнениях: Я одна, как кукушка [25, с. 117]; Как вольная птица, я вырвусь весной [25, с. 78]; С осеннею стужей / Поднялись птенцы на крыло (о своих детях - В.Б.) [25, с. 80]; красота женщины определяется природной красотой куропатки, куни цы, подснежников, ледниковой горной воды [25, с. 56, 62, 114]. Одним из главных образов поэзии О. Вороновой является образ Солнца, который в стихах многофункционален [66, с. 28] и значим: солнце золотой медалью / Награждает новый день! [26, с. 101]. Большим авторитетом у саамов пользовался шаман, который был посредником в их общении с окружающими мир духами. К ним древние саамы обращались за помощью, идя на промысел, для решения бытовых вопросов. О том, что слава саамских шаманов была известна далеко за пределами полуострова, пишет Н.Н. Волков [22, с. 72-73]. Он же отмечает, что колдовство, шаманство были довольно распростра ненными способностями в среде коренного народа - колдовать спосо бен был каждый. Знавшие О. Воронову вспоминали, что она рассказы вала о шаманах в своем роду и о собственных способностях нойды [88, с. 14], поэтому не удивляет строка из стихотворения «Подснежники», в которой говорится о перевоплощении лирической героини: Шаманом кричу надо льдом [25, с. 64]. Как оказалось, при посещении родного села О. Вороновой Владимир Смирнов видел в ее полуразрушенном доме старинный бубен, который в то время не решился взять, а позже его уже не обнаружили. Исследователи не раз отмечали архаичность саамского фольк лора, выраженную в сохраненном синкретизме, и предполагали, что муштоллы1 и ловты2 имели рифму, пелись при исполнении и объеди нялись в циклы [101, с. 13; 81, с. 246; 43]. Учитывая, что все фольк лорные жанры саамы могли называть сказками [66, с. 26], понятными становятся слова старика о том, что он «пропоет» своим гостям сказ ки [88, с. 24]. Гендерного различия при их исполнении у саамов не было. Так, В. Чарнолуский в своей книге упоминает, что песню о Мяндаше, слышанную им в исполнении саамской женщины Татьяны, пел до этого ее муж Илья, охотник на дикаря3 и пушного зверя: «Иногда на Илью нападала тоска. В такие дни чаще всего он пел свою любимую песню о Мяндаше». Татьяна поведала о манере исполнения песни: «Соседи услышат - все придут, его не трогают ничуть, ело- 1 Муштолла (в переводе - «на ум пало, на ум пришло») - рассказы о событиях дня, иногда такие рассказы бытовали в форме песен. 2Ловта - миф, легенда. 3Дикарём называли дикого, не домашнего оленя. 32